Ph. D. in Philology, Associate professor, Head of Department of Russian as a Foreign Language
заведующий кафедрой русского языка как иностранного, кандидат филологических наук, доцент
преподаватель кафедры русского языка как иностранного
Teacher of Department of Russian as a Foreign Language
Background. The study of ethno-specific features of the linguistic worldview is possible through a contrastive analysis of proverbs as representatives of cultural codes that objectify the “FOOD” slot, which serves as a fundamental category of consciousness in the concept spheres of both European and Asian speakers. This study allows to trace how a person’s physiological needs for food are shaped by value-based factors (labor, health, hospitality, morality), and how they accumulate information about the household practices of the linguistic community, the climatic characteristics of its habitat, and the historical and cultural conditions of the development of two nations – the Russian and the Chinese.
Purpose. The purpose is to provide a contrastive description of the invariant and idioethnic parameters of the verbalization of the food slot in the Russian and Chinese paremiological worldviews.
Materials and Methods. The study was conducted using 232 paremiological units (127 Russian and 105 Chinese) that objectify the Food slot. The empirical corpus was selected using a comprehensive sampling method from dictionary sources [1; 2]; data processing was carried out using comparative, frequency-based, the frame methods, as well as procedures for thematic classification and conceptual analysis.
Results. The article reveals the ethnospecific features of the representation of the FOOD slot based on the material of idiomatic expressions. In the Russian linguistic worldview, the core of the slot consists of bread, salt, cabbage soup, porridge – designations of basic survival products, which reflects the harsh climate and agrarian lifestyle of the ethnic group; in the Chinese tradition the core of the FOOD slot is distinguished by thematic fragmentation and species diversity of designations, which indicates different strategies for categorizing food experience. Also, the paremiological fund of the two languages records different models of subjectivity: an actively transformative one (the Russian type) and an adaptively harmonizing one (the Chinese type). Universal for both traditions is the dual connotation of food and its symbolic connection with the assessment of moral and physical qualities of a person.
Обоснование. Изучение этноспецифических особенностей языковой картины мира является возможным на основе контрастивного анализа паремий как репрезентантов культурных кодов, объективирующих слот ЕДА, который является базовой категорией сознания в концептосферах как европейских, так и азиатских носителей языка. Исследование позволяет проследить, как физиологические потребности человека в еде обусловлены ценностными факторами (труд, здоровье, гостеприимство, мораль), аккумулируют информацию о хозяйственно-бытовых практиках языкового коллектива, климатических особенностях его проживания и историко-культурных условиях развития двух народов – русского и китайского.
Цель – контрастивное описание инвариантных и идиоэтнических параметров вербализации слота ЕДА в русской и китайской паремиологических картинах мира.
Материалы и методы. Исследование выполнено на материале 232 паремиологических единиц (127 русских и 105 китайских), объективирующих слот ЕДА. Отбор эмпирического материала осуществлялся методом сплошной выборки из словарных источников [1; 2]; обработка данных производилась с применением сопоставительного, частотного, фреймового методов, а также процедур тематической классификации и концептуального анализа.
Результаты. Выявлены этноспецифические особенности репрезентации слота ЕДА на материале паремиологических выражений. В русской языковой картине мира ядро слота составляют номинации «хлеб», «соль», «щи», «каша» – базовые продукты выживания, что отражает суровый климат и аграрный уклад этноса; в китайской традиции ядерная зона слота ЕДА отличается тематической дробностью и видовым разнообразием номинаций мяса, рыбы, растений (тофу, личи), что свидетельствует о различных стратегиях категоризации пищевого опыта. Также в паремиологическом фонде двух языков зафиксированы различные модели субъектности: активно-преобразовательная (русский тип) и адаптивно-гармонизирующая (китайский тип). Универсальным для обеих традиций является двойственная коннотация еды и её символическая связь с оценкой моральных и физических качеств человека.